Как известно, в глубине души каждая женщина мечтает, чтобы её однажды изнасиловали.

Хотя бы в эротических грёзах она представляет, как крепкая мужская рука внезапно ложится ей на затылок, пригибает к земле, ставит раком и да, о да, ещё, ещё (извините, отвлеклась). К сожалению, мужик нынче пошёл пуганый, прямых сигналов не понимает – сколько ни ходи в мини-юбке за гаражами, толку не будет.

Поэтому, если кому очень надо стать жертвой – не только в физическом, но и социальном смысле, – рекомендую запомнить несколько простых правил.

Ваша беда – ваш позор. Вы сами виноваты в том, что случается. С тех пор, как первый раз побежали, споткнулись и разбили колено: нечего было бегать. Учительница наказывала неспроста – терпи, взрослым надо подчиняться в любом случае. Пьяный у ларька крикнул вслед что-то обидное – значит, вы похожи на шлюху. Толкнули – не надо тут стоять. В метро ущипнули – у вас доступный вид.

Кстати, если к вам прижимаются в метро, это очень стыдно. Ни в коем случае не поднимайте шума: во-первых, легко случайно обидеть нормального человека, если ошиблись в своих ощущениях, – возможно, вы на фиг никому не нужны, просто давка. Подождите ещё пару станций, пока к вам точно не попытаются залезть в трусы сквозь юбку (или под юбкой, если вы, как шлюха, надели короткую). Тогда тем более не поднимайте шума: раз вы терпели так долго, вам наверняка нравилось, человек так и понял. Поэтому просто выскакивайте из вагона на чужой станции и переждите пару поездов. Если тот человек вышел вслед, это очень страшно. К милиционеру не обращайтесь, доказать ничего нельзя, никто не поверит, только посмеётся. Лучше всего выбраться из метро и пробежать пару кварталов по незнакомому району, надеясь оторваться. Тогда у вас действительно появляется хороший шанс на изнасилование.

Огласка – самое страшное, что может с вами произойти. Все (представьте, ВСЕ!) узнают о ваших грешках и позоре. Даже мама. Мама – в первую очередь, ей обязательно донесут. Было или не было, неважно, – если пойдут слухи, не отмоетесь. В милиции, скорее всего, тоже изнасилуют, но ко всему ещё и могут «сообщить по месту жительства», поэтому никогда не ходите туда. Не важно, есть ли в этом логика, просто запомните: ОНИ СПОСОБНЫ СДЕЛАТЬ ВСЁ, ЧТО УГОДНО. Если дело чудом дойдёт до суда, вообще позор на весь город.

Насилие бывает не только сексуальное, старайтесь стать жертвой везде, где возможно.

Вами может командовать тот, кто находится в более выгодном положении, – пусть даже это вахтёр в здании, куда вы хотите попасть.

Каждый, кто повышает на вас голос, имеет на это право. Наверняка он знает, «что вы делали прошлым летом», то есть какие-нибудь ваши стыдные тайны, чем занимались под одеялом, как обстоят дела с налогами и регистрацией. Он насквозь видит ваши мелкие помыслы и слабые места, поэтому остаётся только втянуть голову в плечи и подчиниться. И помните, он может вам навредить, если не уступите!

А если не знает, то просто оболжёт, и никто не поверит, что вы ни в чём не виноваты.

Есть логическое построение, немного сложное, но очень действенное, если разобраться: чужое хамство – прямое оскорбление вам, вопли продавщицы или кликуши на паперти, безразличие официантов, грубость охранников – всё касается именно вас и невероятно унижает; но! ни в коем случае нельзя жаловаться, это ещё хуже. Проглотите. Просто представьте, что вас опять трахнули в голову, и сглотните. И обязательно поплачьте потом.

Всегда правы те, кто сильнее, крупнее, старше, у кого голос громче, уверенности больше; те, у кого власть, пусть даже и формальная, – мужчина, мама.

Может показаться, что социальное насилие не так приятно, как физическое, но подумайте о бонусах: вы получаете право на страдание. Да, придётся признать, что плохо вели себя, неправильно одевались и не платили налоги, но зато друзья станут жалеть вас всю оставшуюся жизнь, любую выходку спишут на незажившую моральную травму. И всегда найдётся кто-то, кто охотно скомандует, как жить дальше, положит тяжёлую руку на затылок, ну и смотрите выше…

Грустно, девушки

Наблюдаю… а вот что именно? – может, развитие, а может, страдание.

Юная и хорошая девочка влюбляется. Сколько их я перевидала, и живьём, и в Интернете. Понимаете, такая обычная девочка, не очень умная и не очень правильная, но нормальная: современный ребёнок, потерявший девственность в шестнадцать, к двадцати двум имеющий какой-то сексуальный опыт, немного сбитый с толку, но с чёткой уверенностью, что хорошо бы полюбить, выйти замуж, родить, долго и верно жить вместе, работать. И вот она влюбляется, не как в пятнадцать и даже не как в двадцать, а по-взрослому и во взрослого, и вроде даже всё у них всерьёз. Тут начинается собственно история. Потому что умный и сильный мужчина, в отличие от неё, дурочки, не готов к тому, чтобы «долго и верно». У неё это в крови, а он ещё не созрел. И он её потихоньку перевоспитывает: просвещает, рассказывает о сущности любви и взаимного уважения, о том, что быть собственницей – позор, а жить нужно духовно и открыто. На практике это означает, что он будет со всеми спать, а она должна сидеть тихо.

Фокус не в том, что он говорит, – да половина из нас не против двойной морали для себя и для всех остальных, – а в том, что получается её убедить. И я вижу, как юное существо хмурит чистый лоб и повторяет:

«Это не любовь, а несвобода; нельзя требовать заботы; верность не в том, чтобы не спать с другими, а…» Правильно так излагает, высокодуховно. А я смотрю и думаю: это сделает её сильнее или погубит? Что я наблюдаю сейчас – школу жизни или жестокое обращение с животными? По мне, так лучше бы он ей просто врал.

Не знаю. Могу только сказать, что мне больно и жалко.

index2

Бархатные ушки

Знаете, что забавно? Когда речь идёт о жизни вообще, то я всегда за то, чтобы преодолевать трусость. Повернуться лицом к своему страху, кинуться к нему навстречу и убедиться, что перед тобой всего лишь призрак.

Никогда не умела отличать постыдную слабость от интуиции, а потому, даже испытывая тревогу перед будущим, встревала в рискованные затеи – «по ходу разберёмся».

Но в смысле отношений постепенно пришла к выводу, что в любви медаль «За храбрость» выдаётся посмертно, по крайней мере женщинам. Так уж выходит, что если вы были инициативны и смелы, то, скорее всего, с берсеркерским воплем пролетите не только сквозь собственные страхи, но и мимо цели.

  • Не пугай охотника, как говорит одна моя подруга.
  • Никогда не бегай за мальчиками, говорила мама.
  • И не надо приносить мячик.

Это уже я говорю. Одно дело – теннис, когда каждая подача красиво и упруго отбивается, а другое – игры с маленькой и запредельно дружелюбной собачкой. Мужчина не глядя швыряет мячик, а стерегущая такса пулей вылетает из угла, хлопая ушами, подпрыгивает, ловит и приносит ему обслюнявленную игрушку. Умилительно – ужас. Но, девочки, это антисекс какой-то.

index3

Я знаю, когда это делаешь, изнутри кажется, что из угла вы выходите стремительно, но эротично, от вас веет непобедимой женской силой и мощью, и вы берёте его за грудки и страстно целуете, как в рекламе дезодоранта.

Ага. Только уши придерживайте, чтобы так не хлопали, а то пафос момента снижается.

Можно же я не буду разъяснять, когда вы «отбиваете подачу», а когда – «приносите мячик»?

Скажу только, если остро чувствуете, что не надо ему сейчас звонить и равнодушным голосом совершенно без задней мысли спрашивать, как дела, то и не звоните. Нет, смс тоже не надо. Сию минуту на вас нападёт весёлая удаль, и вы уверитесь, что одно сообщение ничего не значит, – не надо, держите себя за ошейник.

«Говард говорит отцу: “Бет не стоила мне ни пенса. Ни одного усилия, даже танца. Почему я прошу только сигарету, они мне уже “останься”? Ослабляю галстук, они мне уже “разденься”?» — это Верочка Полозкова.

Да, мужчины читают ваши «невинные» знаки так прямолинейно, потому что на самом деле вы это и имеете в виду. Увы, тут некстати наступает редкое половое взаимопонимание.

Не знаю, может, у меня амнезия, но не припомню, чтобы мне удавалось на кого-нибудь напрыгнуть и завоевать – с тем, чтобы результат закрепился и в конечном итоге остался положительным. Давать, конечно, давали, куда бы они делись под таким напором, но никогда в итоге не получалось любви. А с теми, кому удавалось как следует на меня наохотиться, – о да.

Так что маменькин наказ при всей своей банальности вполне рабочий.

Насчёт таксы – настолько, знаете, запал образ, что, когда в ролике очередная сильная женщина, отправляясь на штурм мужчины, решительным жестом отводит с лица и отбрасывает назад волосы, мне всё чудятся эти беззащитные коричневые бархатные ушки.

Шоколадная медалька первой степени

Я всегда любила храбрых, но интересно понаблюдать, насколько с течением времени меняется моё представление об этом качестве.

Понятное дело, сначала идеалом считался д’Артаньян, рискующий своей дурацкой жизнью по всякому дурацкому поводу. Позже, когда стала девицей, оценила смелость в обращении с женщинами и с законом.

А дальше был некоторый период под лозунгом «измени свою жизнь», изнутри весьма трагический, а теперь классифицируемый как «имей мужество сделать то, что я хочу».

Поясню. Допустим, случился адюльтер, оба несвободны, но любовь-любовь. Ей двадцать пять (+/– несколько лет), она девочка-никто, совершить рывок и уйти из семьи кажется невероятным героизмом, но она готова. А он, а ОН чего-то медлит и тянет, хоть и старше, и вполне самостоятельный. И девочка, в конце концов, начинает злиться, обвинять, изъясняться в терминах «трусость, инерция, лень», потом устаёт, записывает мужчину в подлецы и уходит, разочарованная и в слезах. «Не храбрый».

Господи, какие же мы милые в этот момент. Всё кристально – меня любит, её, видимо, нет, так чего время теряем? Только из-за недостатка твёрдости у подкаблучника этого, не иначе.

По сути же, именно она пытается переломить мужчину о своё прелестное колено. У него, может быть по случайности, имеется какой-то долг по отношению к жене (пусть супружеская верность в него и не входит), но с нашей девичьей точки зрения это несчитово. Мужество – это сделать по-моему, и точка.

Я достаточно долго мыслила в таком духе. И даже не в мужчинах дело, просто был культ перемен. Взорвать мир, съехать из колеи, выйти из берегов – да-а-а. Девочки все ужасные революционерки.

А в последние годы наблюдаю за устойчивыми парами и думаю – чёрт, вот это подвиг.

index4

Смотреть, как она стареет. Смотреть, как стареешь ты. Не визжать от ужаса в кризис среднего возраста, порываясь поиметь всё подряд, чтобы почувствовать себя живым. Или поиметь, но при этом нести ответственность за эту тётку в очках, с которой жил уже чёрти сколько и ещё сколько-то проживёшь. По возможности не делать ей больно. Знать, что вы оба неизбежно состаритесь окончательно, – это всегда острей ощущается рядом с тем, кого помнишь юным.

Для женщин не менее актуально – выносить седого дядьку рядом тоже не сахар, они становятся такие капризные с возрастом, а вокруг подросли молодые самцы, которые хотят всего и всегда. Но эти женщины отчего-то не уходят от своих развалин.

И какие-то девочки-мальчики будут говорить им о смелости? Ха.

И нет, это не значит, что с определённого возраста не нужно ничего менять, просто в какой-то момент «бросить своих» перестаёт казаться доблестью, ведь гораздо больше сил нужно, чтобы не бросать.

Маленькие беспринципные…

Сильные женщины обычно проигрывают, а побеждают маленькие беспринципные стервочки. И дело не в том, что бог на стороне слабых – поражение потерпит тот, кто примет условия партии. Сила помогает выполнять правила и не жульничать, даже если очень хочется. И никогда не соглашаться на ничью.

А маленькие беспринципные стервочки прикидываются, что правил не существует, или в самом деле их не замечают. У них туннельное зрение, они видят только цель, красота партии ускользает, и шашка оказывается в дамках по методу «чапаева». Сильная женщина может сколько угодно утешаться своим благородством, чистотой намерения и мыслями, что на место этой стервочки придёт однажды другая, ещё более нахальная, и точно так же сметёт победительницу с доски.

Забавно, пока я пишу, мне всё время хочется добавить «мы» – «мы, маленькие беспринципные…» Но есть некоторая… не то чтобы справедливость, скорее, закономерность: маленькие беспринципные стервочки однажды взрослеют и внезапно начинают соблюдать условия игры. Потому, например, что взгляд их расширяется, и они замечают не только цель, но и безупречную схему движения фигур, и каждый некрасивый ход причиняет им почти физическую боль. И приз не в радость, если его отняла или стащила.

И даже если не вмешается новая молодая шпана, ты всё равно проигрываешь. Потому что воистину безупречна только смерть – в жизни всегда есть место неверному, безобразному… и просто «дерьмо случается». А мёртвые не ошибаются, и мёртвая любовь всегда чище и совершенней живой. И ради красоты момента ты однажды останавливаешь часы и уходишь, слыша за спиной: «Да, сильная, сильная…».

Нет – всего лишь женщина со вкусом.

index5

Легенды и мифы маленьких женщин

Состояние «маленькая женщина» начинается лет с тринадцати и длится столько, сколько длятся иллюзии.

Почти каждое молодое существо совершает одну и ту же ошибку – уделяет слишком много внимания органу под названием «сердце». Это крайне несправедливо. Печень, например, гораздо более скромный и серьезный труженик нашего организма, но кто в юности слушает свою печень? Она тебе: «Не запивай экстази пивом, не запивай экстази пивом», – а ты ноль внимания. Зато чуть только ёкнет сердечко, как девочка готова идти у него на поводу, потому что с детства знает про «голос сердца» и «Маленького принца» читала: зорко одно лишь сердце…

index6

Впрочем, ребенка можно понять: в 13 лет разум молчит, совесть не сформирована, печень пока терпит, половые органы еще не проснулись, а жить уже хочется. Везде написано (вот и в телевизоре сказали), что весь смысл в любви.

Тут должен вступить хор: «О как счастливы те, кто в юные годы имел невинные увлечения и не мечтал о любви».

Знаете, есть такие дети, у которых музыкальная школа, художка и кружок юного биолога на уме чуть ли не до самого института. Но здесь речь про обычных девочек, не отягощенных особыми талантами и устремлениями.

И в томлении по-«настоящему» девочка начинает магический любовный ритуал.

Она заводит себе Чувство с большой буквы, до поры беспредметное, которое культивирует, орошает слезами и потихоньку выращивает внутри себя, как радужный пузырь.

И при этом хищно зыркает вокруг в поисках объекта, на который это богатство можно обрушить. Ну и находит какого-нибудь Его – такую же мелкопузую хрень, как и сама, но надо же с Чувством что-то делать?! И вот девочка ему это сияющее и радужное приносит, а он, а он… А он в любом случае оказывается меньше и хуже, чем тот образ, который она себе намечтала. Сердечный пузырь не воспаряет к небу, а бездарно лопается, и первый камешек ложится в основание Великой стены, на которой потом криво напишут помадой «мужики – козлы».

Спросите, чем мужчины-то не угодили, и она процитирует вам еще одну фразу из той же книги: ты на. всегда в ответе за всех, кого приручил.

То есть приручили ее, а потом ейный пузырь лопнули. А как, интересно, это произошло, в чем приручение выражалось? Очень просто: он Смотрел и Улыбался. Он с ней Разговаривал и оказывал другие Знаки Внимания. А потом, к примеру, стал разговаривать с Другой.

Обратите внимание, я сейчас говорю о досексуальном периоде (дефлорация пузыря была в смысле чувств, а не чего там вы подумали). Тогда эта модель формируется, а потом уже девочка-девушка-женщина ей следует: носится со своей любовью, как с чемоданом без ручки, ищет, на кого бы взвалить, когда находит мало-мальски подходящего и теоретически готового, тут же с облегчением на него все сгружает. И если избранник, не дай бог, пукнет под тяжестью – все, недостоин. Сначала приручил, а потом опозорился.

Но, конечно, доходит и до секса. Дети растут, половые органы расцветают и требуют своего. После того как происходит первое удачное (это важное уточнение) совокупление, девочку переполняет эйфория и посещает удивительное откровение:

Секс придумала я (в смысле, не я-Марта, а я-она и ее поколение). Особенно это было свойственно приличным детям перестроечных лет. Сами подумайте, секса в СССР официально не было, видеомагнитофонов с порнухой тоже, прельстивые картинки до хороших девочек доходили редко, а по родителям никогда не по думаешь, что они могут чем-то подобным заниматься[4]. Нет, ну если бы они хоть раз почувствовали весь этот жар, и стыд, и наслаждение, неужели бы потом ходили с такими постными рожами? Да быть не может, зачали в скуке, а настоящее-то вот оно, только у меня и у Него.

Ну и вот, она придумала секс, благополучно пережила физиологическую привязку к первому мужчине (оказывается, все эти штуки можно проделывать не только с ним!) и, на свою голову, снова вспомнила про сердце.

Дети, лучше бы вы помнили про предохранение. Кругом столько заразы. (Это опять был хор.)

С ее-то опытом теперь надо срочно полюбить по-настоящему. На роль великой любви чаще всего выбирают взрослого мужчину. Почему? А чтоб жизнь медом не казалась. Мальчишками-то можно манипулировать с помощью механизма «дам/не дам», а тут хрен поймешь, на какую кнопку нажимать. Во всяком случае, «ты меня приручил» не годится – до нее он обычно уже успел приручить жену и одного-другого ребеночка, поэтому аргумент работает скорее против.

Но Девочка с Большим Сердцем не отступает перед трудностями. У нее есть крупный козырь:

До встречи со мной он и не подозревал, что… Что? Да ничего не подозревал, бедняга, и не жил, по большому счету. Во-первых, секс придумала она, так что сейчас ему все покажет. Во-вторых, у нее же Самое Большое Сердце, он и не знал, что можно ТАК любить, так жертвовать.

Деточка, лучше бы у тебя были Большие Сиськи. (Снова хор.)

И вот теперь у нее есть не только любовь и страсть, но и трагедия. Потому что он, козел этот женатый, радостно берет, чего дают, но разводиться и не думает. Это выше девочкиного разумения – помните «Красавца-мужчину»? «Жена моя стара, некрасива, а вдобавок еще и не любит меня. Если не можете пожалеть, так хоть поплачьте вместе со мной». Конечно, «козел», если уж он не совсем козел, этот текст не произносит, но она все угадывает, и плачет, и жалеет, и трахается самозабвенно. Он же не дурак, в конце концов сделает правильный выбор…

Да и что тут выбирать, если девочка точно знает:

После тридцати женщин не существует. Есть какие-то взрослые, к ним обращаются на «вы» и по отчеству, у них под одеждой, наверное, сплошные складки и целлюлит. Жена его вообще змея старая. А остальные тетки – ну что в них интересного? Это не конкурентки. Наверняка он не женится на ней, на юной и прекрасной девочке, только из трусости и чувства вины. «Он такой слабый», – говорит она и вздыхает, «но я сильная, я справлюсь». Главное – успеть до тридцати.

Они очень забавные, эти девочки, спать с ними одно удовольствие. Потом они вырастают и превращаются в цветы… Черт, да знаю я, во что они превращаются. Но вот здесь, сейчас, в моей книжке, на моем пространстве – пусть они не будут несчастны, а превратятся в красивые глупые живые цветы.


Марта Кетро
Женщины и коты, мужчины и кошки